![]() |
Новости
21 декабря 2013 года Основные вопросы, озвученные на пресс-конференции Владимира Путина, касающиеся тематики близкой к деятельности ОНФ В Центре международной торговли на Краснопресненской набережной состоялась пресс-конференция Президента России. На пресс-конференцию аккредитовано свыше 1300 российских и иностранных журналистов. Основные параметры развития России Последние данные изменения реального ВВП в процентах к прошлому году: 1,4 процента – 1,5 будет, наверное. Инфляция – 6,1 процента. Это чуть меньше, чем в прошлом году (в прошлом году было 6,6). В целом, неплохо. Индекс производства сельского хозяйства – 6,8 процента. Надо отметить, что сельское хозяйство, труженики села, конечно, серьёзно помогли в целом экономике, потому что в прошлом году, как вы знаете, был минус, почти 5 процентов, в этом году – плюс 6,8. На фоне известных сложностей в промышленном секторе сельское хозяйство, конечно, общий ВВП вытаскивает. Изменения в жилищном строительстве – 12,1 процента плюс. В прошлом году было 5,6, в позапрошлом – 6,6. Тоже хорошо. Изменение реальной заработной платы в процентах – плюс 5,5 процента, реальной заработной платы, не номинальной, а реальной, за вычетом инфляции. Изменение реальных располагаемых денежных доходов населения: в позапрошлом году было 0,5 процента, в прошлом – 4,6, в этом – 3,6. Считаю, хороший показатель. Размер трудовой пенсии по старости: в прошлом году (на 1 января 2013 года, точнее) было 9790, сейчас – 10742. У нас торговля с профицитом будет в этом году со значительным сальдо торгового баланса – 146,8 миллиарда долларов. Проблема отзыва лицензий у некоторых банков Во-первых, и раньше отзывались лицензии у несостоятельных финансовых учреждений. Сейчас, правда, была целая серия таких решений, они сложные и для Центрального банка, и для финансовых учреждений. Направлены они на оздоровление российской финансовой системы. И я думаю, что здесь даже не нужно ничего особенно комментировать. Понятно, что несостоятельные финансовые учреждения, которые не могут гарантировать сохранность денег своим вкладчикам, не могут эффективно работать с имеющимися у них ресурсами и подвергают риску весь сектор, чрезвычайно важный сектор нашей экономики, – они должны с рынка уходить, это естественное дело. Но при этом Центральный банк должен действовать предельно аккуратно, прежде всего для того, чтобы обеспечить интересы вкладчиков. Вы уже упомянули о структуре, которая гарантирует вклады. Напомню, что в соответствии с законом у нас гарантийная сумма, которая покрывается этим фондом, составляет 700 тысяч рублей. Все остальные тоже должны получить возмещение, но в порядке очерёдности в ходе санации банка или окончательной ликвидации. Держатели вот этих сумм, 700 тысяч рублей, как вы знаете, это основные вкладчики, примерно 85–95 (в некоторых банках доходит) процентов вкладчиков, не больше 700 тысяч имеют на своих счетах. Вы упомянули об этом агентстве, которое гарантирует вклады. Обращаю ваше внимание вот на что: я могу ошибиться в каких-то деталях, но где-то у него сегодня 250–270 миллиардов рублей, а выплачено за прошлое время где-то 108–110 миллиардов. Это о чём говорит? О том, что и раньше принимались такие решения, выплаты вкладчикам идут и будут продолжены, разумеется, дальше. Все люди, которые по закону имеют право получить эти страховые суммы, все получат. Но Центральный банк должен быть очень аккуратным, чтобы обеспечить интересы вкладчиков, именно исходя из возможностей Агентства по страхованию вкладов. 100 миллиардов с лишним уже выплатили, сейчас Агентство располагает денежными средствами в 250–270 миллиардов, его возможности не безграничны, поэтому нужно быть очень аккуратными, чтобы не оказалось так, что нечего платить. Правда, недавно принято решение, согласно которому Агентство по страхованию вкладов имеет возможность и право брать соответствующие суммы, кредиты в Банке России сроком на пять лет, что в целом эту систему страхования делает более прочной, устойчивой и надёжной. Оценка работы правительства, рост зарплат и ответственности чиновников. В целом я считаю работу Правительства удовлетворительной, потому что это сложный год для мировой экономики. Когда европейская экономика, а у нас с Европой более 50 процентов товарооборота, уже припала, находилась, по сути, в стагнации во многих европейских странах, мы держали достаточно высокую планку. И вот до нас тоже немного докатилось. Но в целом, я считаю, работа Правительства была достаточно профессионально выстроена. Я к чему это говорю? Потому что на таком высоком правительственном уровне, да и в ключевых комитетах Государственной Думы должны работать профессионалы самого высокого класса. И с рынка труда забрать таких людей очень сложно. Если они получают достаточно высокие заработные платы, скажем, в той же банковской системе, в энергетическом секторе, переманить их сюда – это непростое дело в современных условиях, палкой никого не загонишь и не заставишь здесь сидеть. Но вместе с тем (и вот на вторую часть вопроса Вы практически сами ответили) вы же знаете, какие меры мы принимаем в борьбе с коррупцией, как раз прежде всего в сфере госуправления. Здесь и обязательное декларирование доходов, обязательная информация о приобретениях, запрет на счета и недвижимость за границей – целый набор средств, я сейчас даже не буду их повторять, вы все об этом знаете. Конечно, мы будем и дальше это ужесточать это направление. Но если мы не будем платить серьёзные деньги для того, чтобы получить хороших специалистов, экспертов самого высочайшего мирового класса, а нам нужны в органах управления именно такие люди, то у нас не будет результатов в работе. Если здесь будут сбои, то от этого пострадают и люди, которые работают на производстве, и люди, которые получают социальные пособия, и пенсионеры, потому что от качества работы людей такого уровня зависит успех экономики страны в целом. Последствия наводнения на Дальнем Востоке. Оценка работы гидроэнергетиков. То, что это была природная аномалия, здесь нет никаких сомнений. Можно говорить о качестве работы гидроэнергетиков – вовремя, не вовремя, но на сегодняшний день ни у одного эксперта, который проверял, нет серьёзных претензий к гидроэнергетикам, а у нас проверки шли и по линии прокуратуры, Следственного комитета, на экспертном уровне. Всегда можно поспорить. Как вы знаете, я приезжал на Дальний Восток, мы говорили об этом. Некоторые считают, и небезосновательно, что если бы они произвели какие-то действия, от которых как бы было лучше, наоборот, было бы ещё хуже. Поэтому в целом они действовали вполне профессионально. Без всяких сомнений, это необычное явление природы. Но что точно совершенно, это то, что мы будем развивать энергетику, в том числе гидроэнергетику на Дальнем Востоке. Должен обратить ваше внимание, что сейчас и с «Богучанкой» обстановка хорошая. Значительная часть электроэнергии может продаваться на экспорт, имею в виду, что внутреннего потребителя пока нет. Нам нужно синхронизировать внутреннее потребление энергии и рост генерации вместе с сетями. Это сложная и многоплановая работа. Просто построить дополнительные гидросооружения, которые вполне могут быть востребованы и будут востребованы, недостаточно. Повторяю ещё раз: нужны сети и потребители. Это мы всё вместе и будем делать, имея в виду (я очень надеюсь на это), что последние решения, которые были приняты по льготированию особенно гринфилдов, новых производств на Дальнем Востоке, прежде всего льготам по налогам на прибыль, на землю, решениям, которые в ближайшее время после Послания должны быть приняты, надеюсь, касаются уже всей страны, по зонам опережающего развития, а там предусматриваются не только те льготы, о которых я сказал, но и дополнительные льготы, связанные с отчислениями в социальные фонды. Всё это вместе должно создать условия для опережающего развития. И энергетика вообще, и гидроэнергетика в частности, конечно, один из приоритетов. Об исконных ценностях Для меня важна не критика западных ценностей – для меня важно защитить наше население от некоторых квазиценностей, которые очень сложно воспринимаются нашими гражданами, нашим населением. Вопрос не в том, чтобы критиковать кого-то, а вопрос – оградить нас от достаточно агрессивного поведения некоторых социальных групп, которые, на мой взгляд, не просто живут, как им хочется, а достаточно агрессивно навязывают свою точку зрению другим людям и в других странах. Вот только этим объясняется моя позиция по некоторым вопросам, на которые Вы намекнули. Что же касается традиционных наших ценностей, то я действительно считаю, что мы должны обратить на это больше внимания в силу простых обстоятельств. Известно, что в Советском Союзе доминировала одна идеология. И как бы мы к ней ни относились, но там были и достаточно понятные, по сути квазирелигиозные, ценности. Кодекс строителя коммунизма, если почитаете, это жалкая копия с Библии: не убей, не укради, не пожелай жены ближнего своего. В кодексе строителя коммунизма всё есть, только изложено примитивным языком и сокращено до безобразия. Этот кодекс уже почил в бозе, его не существует. Новое поколение граждан России, молодые люди вообще не знают, что это такое. А ему на смену могут прийти только те самые традиционные ценности, о которых Вы сказали. Без этих ценностей общество деградирует. Безусловно, мы должны к ним вернуться, понять их ценность и на базе этих ценностей двигаться вперёд. Ещё раз хочу сказать то, о чём говорил в Послании. Это, конечно, консервативный подход, но напомню ещё раз слова Бердяева, что консерватизм – это не то, что мешает движению вперёд и вверх, а то, что препятствует движению назад и вниз. Вот это, на мой взгляд, очень верная формула. Эту формулу я и предлагаю, по сути. Ничего здесь необычного для нас нет. Россия – страна с очень древней глубокой культурой. Не только ориентируясь на будущее, но и опираясь на эту традицию, на эту культуру, мы можем чувствовать себя уверенно, уверенно идти вперёд и развиваться. О муниципальной реформе Мэров, конечно, только выбирать. Мы члены Европейской хартии. Но дело даже не только в этом. Дело в том, что муниципальный уровень – это самый близкий уровень власти к людям, к народу. И поэтому, конечно, это должны быть такие люди, руководители муниципалитетов должны быть такими людьми, которых граждане знают лично и могут к ним прийти, поговорить, обсудить, высказать свою позицию по развитию своего посёлка или города. И иметь возможность добиваться реализации этой позиции. Кстати, совсем необязательно на улицы выходить. Но нужно прямое общение граждан с руководителями муниципалитетов. Это чрезвычайно важно. То, что у нас двухуровневая система, она, конечно, громоздкая, малоэффективная. Город, допустим, полтора миллиона человек. Рядовой гражданин разве может добраться до начальства? Но это уже квазигосударственный уровень управления, квазимуниципальный. Первое. Второе. Последние решения, я тоже об этом говорил только что, связаны с тем, что с муниципального уровня изъяли образование, медицину, в значительной степени выхолостили. Не от хорошей жизни, а оттого, что там просто источников денег нет для реализации задач, которые на их плечах находились. В этой связи, конечно, нужно разобраться: или финансовые источники добавить и вернуть туда, либо уже согласиться и смириться с тем, что это на муниципальном уровне делать невозможно. Там целый клубок вопросов. Я призывал к тому, чтобы ещё раз вернуться и решить эти проблемы окончательно. Но я специально не стал предлагать каких-то решений, наоборот, я обратился как раз к муниципальным объединениям, с тем чтобы они сами в диалоге с руководителями регионов предложили эти решения, конечно, и вместе с Правительством Российской Федерации, и с Государственной Думой. Затягивать их просто уже некуда. Вот почему я обратил на это внимание. Я и сейчас не хочу высказывать своё мнение, потому что опасаюсь, что тогда оно будет считаться окончательным и помешает свободной дискуссии. Я хотел бы, чтобы люди поговорили об этом открыто и высказали свои аргументы за или против определённых решений. Но что очень важно, это то, что я совсем недавно встречался с руководителями муниципальных образований страны, там очень хорошие кадры. Я знаю, что их ругают больше всех. И правильно, потому что, вы знаете, это самый передовой край борьбы за лучшее будущее. Им труднее всех приходится. Это очень сложное, тяжёлое, опасное горнило власти. Если люди через него проходят, то это, как правило, очень хорошие профессионалы. Мне бы очень хотелось, чтобы муниципальный уровень власти был кузницей кадров, как в таких случаях говорят, чтобы люди оттуда уже дальше переходили и на региональный уровень управления, и на федеральный. Всё это нужно вместе совместить. Проблемы есть, но не хочется забегать вперёд. О Гринпис и активности подобных организаций У меня положительное отношение ко всем, кто занимается защитой природы. Ко всем, без исключения. Я считаю неприемлемым, когда люди делают из этого инструмент собственного пиара и источник обогащения. Не хочу здесь некоторых примеров приводить, чтобы не быть голословным, а факты назвать не смогу не потому, что у меня их нет. Часто, к сожалению, и экологическая деятельность используется в этих неблагородных целях, а именно шантажа, выкачивания денег из компаний и так далее. Что касается шумихи, её никто не поднимал. Органы власти не делали это. Это Ваши коллеги делали и поднимали эту шумиху. С чьей подачи? С подачи тех людей, которые соответствующим образом нарушили закон. Делается это для чего? Либо нажать на компанию и получить с них вспомоществование, либо по чьему-то заказу помешать, в данном случае Российской Федерации разрабатывать шельф. Для нас это серьёзное дело, и ничего мы здесь смягчать не собираемся. Наоборот, мы будем только усиливать. И хочу, чтобы было всем понятно и ясно: мы готовы к дискуссии и открыты. Более того, если нужно и если мы слышим серьёзные, веские аргументы, мы готовы вносить даже коррективы в свою работу, несмотря на финансовые затраты. Мы сейчас упоминали, в самом начале говорили о нашем олимпийском проекте. Мы на один из объектов истратили уже, по-моему, 30 миллионов рублей в своё время. Потом экологи пришли, наши и международные эксперты, и предъявили к нам претензии по поводу близости этих объектов к охраняемым природным зонам. Но мы им сказали: «А где же вы раньше были? Вот так получилось». Но мы с ними согласились и, несмотря на истраченные деньги, перенесли, сдвинули эти объекты, пошли на расходы. То же самое мы сделали, как вы знаете, во время работы над прокладкой трубопроводной нефтяной системы из Западной Сибири к Тихому океану, когда встал вопрос, и Валентин Распутин особенно по этому поводу энергично выступал, говорил о необходимости переноса трассы с целью отодвинуть её от водозаборной зоны Байкала. Мы истратили дополнительно 400 миллионов долларов, отодвинули это в сторону. Понимаете, мы идём на это, и мы готовы всегда слушать. Но ведь в этом случае была совсем другая ситуация. Корабль вошёл в нашу исключительную экономическую зону, выключил все опознавательные сигналы, ни на какие сигналы с нашей стороны, со стороны наших пограничников не отвечал, такой корабль-призрак. Мало того, что пытались высадиться на платформу, но когда предприняли попытку им помешать, то вторая их лодка начала таранить наших пограничников. Что это такое? Это что, нормальная дискуссия по поводу защиты природы? Это просто собственный пиар или, повторяю ещё раз, попытка шантажа, вымогательства денег, или чей-то заказ на предмет помешать нашим разработкам углеводородного сырья на шельфе. Всё это очень плохо. Мы надеемся, что это не повторится. А что касается того, что они сейчас могут попасть под амнистию, а я так понимаю, что они под неё попадают, мы не для них это делаем. Но если они туда попадают, значит, хорошо. Я думаю, что и то, что произошло, тоже должно быть уроком, и должно нас вместе, надеюсь, и организацию «Гринпис», настроить на совместную позитивную работу. Не для того, чтобы шум поднимать, а для того, чтобы минимизировать экологические риски, если такие возникают. Мы к такой совместной работе готовы, в том числе и с организацией «Гринпис». О казачестве Это часть нашей культуры, российской культуры, причём не просто часть культуры, а очень яркая часть нашей культуры. Я имею в виду сейчас даже не только песни и танцы казаков, а я имею в виду в том числе и их хорошо известный традиционный патриотизм. И он как раз не носит архаического характера. Патриотизм сегодняшний очень важен для продвижения идей государственности в сознание нашего народа вообще. В этом смысле казаки играют уникальную и весьма позитивную роль. Что касается самоорганизации казаков, то мы её поддерживаем. Вы знаете, есть соответствующая нормативная база, в том числе и указы Президента. Мы и дальше это будем делать. Конечно, так же, как и в любом деле, есть и свои издержки, и какие-то нарушения, злоупотребления. Просто с этим нужно бороться, нужно на это реагировать. Я знаю, что казаки сами это делают. Что же касается дружин, то здесь новизны-то особой ведь, правда, нет. А что, в советское время у нас не было народных дружин? Они, кстати говоря, появляются, эти народные дружины, и в других регионах Российской Федерации. А то, что это казаки делают, это, на мой взгляд, вполне естественно. Главное только, чтобы вся эта работа проводилась в рамках действующего закона, в тесном контакте с правоохранительными органами. Но, на мой взгляд, казаки иногда действуют и гораздо более эффективно, чем правоохранительные органы. И связано это с тем, что они представляют подавляющее большинство людей, которые живут на тех территориях, где они работают. Вот это чрезвычайно важно – доверие людей. Они действуют как бы не от себя лично, а от граждан, которые их туда делегируют, на эту функцию. Повторяю: важно только, чтобы всё оставалось в рамках действующего закона и здравого смысла. И хочу пожелать им успехов. О вступлении в ВТО Что касается ВТО, то никто не рассчитывал на то, что это прямо с сегодня на завтра, после подписания соответствующих документов даст какие-то дивиденды. Дело совсем в другом. Дело в том, что вступление в ВТО, в этот международный экономический клуб, даёт ряд преимуществ по защите своих рынков, в частности, по защите рынков металлопродукции, химической продукции. Мы ещё не начали целиком и полностью использовать все эти возможности, но мы намерены это сделать. Скажем, для примера, что касается рынка химической продукции, рынка удобрений. Наши европейские партнёры до сих пор, несмотря на наше присоединение к ВТО в полноформатном варианте, ограничивают доступ наших товаров химической промышленности, удобрений на свои рынки под различными предлогами. В том числе под предлогом того, что внутри России якобы нерыночным образом складываются цены на газ, а это основное сырьё для производства химических удобрений. И в силу того, что нерыночным образом на газ складываются цены внутри страны, наши производители химической продукции якобы имеют неоправданные конкурентные преимущества при поставках наших товаров на внешние рынки. Мы убеждены, что это не так, что это чисто отговорка. Но при вступлении в ВТО мы имеем возможность и право оспорить эти решения в соответствующих инстанциях Всемирной торговой организации, чего у нас раньше не было. Я, правда, не знаю, чем ещё закончится это разбирательство, мы его ещё не начали, но в целом такие шансы появляются. То же самое касается поставок нашей металлургической промышленности на мировые рынки, включая Соединённые Штаты и так далее. Это всё даёт нам определённые права и возможности. Но самое главное в другом – что при вступлении в ВТО повышается доверие к российской экономике. Мы начинаем работать по общемировым правилам. Это накладывает определённые обязательства на нас, но и создаёт уверенность у наших партнёров, которые работали раньше и намерены работать в будущем. Это долгосрочные и долгоиграющие факторы развития экономики. А что касается негативных последствий, то да, мы их видим, они возможны, но они не существенны. В области сельского хозяйства это касается в основном только свинины, но здесь мы имеем право и даже возможности, обговорённые в ходе присоединения к ВТО, по защите этого рынка и по преференциям. Скажем, сельхозмашиностроение в непростой ситуации находится. Но не только из-за того, что мы присоединились к ВТО, и даже, может быть, не из-за этого. Оно и не было в идеальном состоянии. Там много других внутренних наших факторов, мы сами во многом виноваты, что не можем создать такие же равные условия для производителей сельхозпродукции, для работы внутри страны, как это делают другие страны. И это, кстати, нас должно подталкивать, Правительство должно подталкивать к тому, чтобы эти условия создавать. Неблагоприятные или сложные условия для работы сельхозмашиностроения заключаются и в том, что мы перешли на субсидирование сельского хозяйства погектарно. Это даёт возможность нашим сельхозпроизводителям делать выбор в приобретении лучшей техники по лучшим ценам. Это усугубляет конкуренцию. В этом есть и минусы, конечно, есть и определённые плюсы, потому что это должно подталкивать к модернизации. Но мы должны думать и о поддержке таких отраслей. Такие инструменты у нас есть даже в рамках присоединения к ВТО. Скажем, машиностроение. Был целый набор мер защиты, неудобно говорить сейчас, но был, есть, и мы продолжаем его использовать, будем использовать, не нарушая правил ВТО. В целом я считаю, что ожидаемых негативных последствий нет, а возможное позитивное влияние на развитие экономики в целом сохраняется. О развитии Западной Сибири Вы знаете, почему я не говорил про Западную Сибирь? Западная Сибирь – технологически достаточно высокоразвитый регион и инфраструктурно развитый. То есть, конечно, нет предела совершенству, и там ещё очень много чего нужно сделать, в том числе и по городам-миллионникам. В таком шикарном, я считаю, очень хорошем сибирском городе, как Омск, конечно, надо подумать над развитием инфраструктуры, не только подумать, но и поработать как следует. Что касается того, почему я сказал именно о Дальнем Востоке, о Красноярске. Вот почему. Потому что мы приняли ряд решений о льготировании работы, экономической деятельности на Дальнем Востоке. И не распространили это льготирование, прежде всего это касается налога на прибыль, на землю, на ряд регионов Восточной Сибири, в том числе Красноярск и Республика Хакассия. Не сделали это по настоянию некоторых правительственных ведомств, исходя из того, что, скажем, Красноярский край сам является достаточно развитым и в бюджетном отношении устойчивым. Но когда я сказал «развитым», прежде всего я имел в виду вторую составляющую. В бюджетном смысле это достаточно устойчивый регион. Вместе с тем это «а» – очень большой регион. И «б» – значительная часть его благополучия основана буквально на нескольких предприятиях, которые можно перечислить, загибая пальцы одной руки. Это «Норильский никель», это алюминиевые предприятия и некоторые другие. Но для такого огромного края этого совершенно недостаточно. В том числе и Хакасия должна развиваться более высокими темпами. Именно поэтому мы приняли решение распространить эти льготы, которые предусмотрели ранее для Дальнего Востока, и на всю Восточную Сибирь, включая Красноярский край и Хакасию. Вот в чем была новация. Собственно говоря, вот и все. Но это совсем не значит, что мы забыли про Западную Сибирь. Повторяю еще раз, вопрос только в том, что по сравнению с Восточной, она, конечно, в более выигрышном положении находится. Она, во-первых, ближе к Европейской части совсем, и инфраструктурно легче там работать. И стоимость перевозок там совсем другая. Поэтому, конечно, и Западная Сибирь будет развиваться, но в числе наших приоритетов, имея в виду сложности экономического характера на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири, мы поэтому и обратили на это наибольшее внимание. Когда я говорю «мы», имею в виду не себя – «Мы, Николай Второй», – а имею в виду команду и правительственную, и команду Администрации [Президента], с которой мы вместе формулировали все предложения, изложенные в Послании. Что касается того, почему я сказал именно о Дальнем Востоке, о Красноярске, вот почему: потому что мы приняли ряд решений о льготировании работы, экономической деятельности на Дальнем Востоке и не распространили это льготирование, прежде всего это касается налога на прибыль, на землю, на ряд регионов Восточной Сибири, в том числе Красноярск и Республика Хакассия. Не сделали это по настоянию некоторых правительственных ведомств, исходя из того, что, скажем, Красноярский край сам является достаточно развитым и в бюджетном отношении устойчивым. Но когда я сказал «развитым», прежде всего я имел в виду вторую составляющую: в бюджетном смысле это достаточно устойчивый регион. Вместе с тем это: а) очень большой регион, и б) значительная часть его благополучия основана буквально на нескольких предприятиях, которые можно перечислить, загибая пальцы одной руки: это «Норильский никель», это алюминиевые предприятия и некоторые другие. Но для такого огромного края этого совершенно недостаточно. В том числе и Хакасия должна развиваться более высокими темпами. Именно поэтому мы приняли решение распространить эти льготы, которые предусмотрели ранее для Дальнего Востока, и на всю Восточную Сибирь включая Красноярский край и Хакасию. Вот в чём была новация. Собственно говоря, вот и всё. Но это совсем не значит, что мы забыли про Западную Сибирь. Повторяю ещё раз, вопрос только в том, что по сравнению с Восточной она, конечно, в более выигрышном положении находится. Она, во-первых, ближе к Европейской части совсем, и инфраструктурно легче там работать, и стоимость перевозок там совсем другая. Поэтому, конечно, и Западная Сибирь будет развиваться, но в числе наших приоритетов, имея в виду сложности экономического характера на Дальнем Востоке и в Восточной Сибири, мы поэтому и обратили на это наибольшее внимание. Когда я говорю «мы», имею в виду не себя, «Мы, Николай Второй», а имею в виду команду и правительственную, и команду Администрации [Президента], с которой мы вместе формулировали все предложения, изложенные в Послании. Что касается Восточной Сибири и Дальнего Востока, то по Дальнему Востоку, как вы знаете, у нас есть специальная программа. Я уже не помню, сколько – по-моему, 300 с лишним миллиардов живых денег предусмотрено на ближайшее время. Но Западная Сибирь – на неё вполне могут и должны быть распространены другие предложения, изложенные в этом же Послании, а именно предложения, касающиеся создания территории опережающего развития, создания индустриальных парков, свободных зон. И новация заключается в том, что мы предлагаем вернуть деньги, которые регионы будут тратить на создание инфраструктуры этих зон, из федерального бюджета в виде трансфертов назад в регионы Российской Федерации, которые уделяют развитию производства такое приоритетное внимание. И я уверен, что мы это сделаем. Безусловно, это отразится и на Западной Сибири. О проблемах угольной промышленности (Кузбасс) Мы практически в первой части нашей встречи сегодня говорили, я не помню, кто-то из коллег задавал вопрос по ФНБ. И я тогда рассказывал о том, что один из приоритетов средств, которые мы собираемся направить из Фонда национального благосостояния и Резервного фонда Правительства, из ФНБ точнее, – как раз на расшивку возможностей Транссиба и БАМа, в восточном, прежде всего, направлении. И без этого мы, конечно, не можем рассчитывать на подъём восточных регионов страны, именно поэтому туда направляем средства. С этим и связано: с недостаточностью инфраструктуры, которая является естественным ограничителем экономического роста. Вторая проблема, Вы сами тоже её назвали, – это рынки припали, есть проблемы с реализацией, потому что в значительной части производимый нашими горняками продукт продаётся на внешних рынках. И как только спрос сокращается, это сразу отражается на производстве. Что же касается возможных технических проблем, конечно, я обращу на это внимание Минтранса и «РЖД». Есть много своих внутренних вопросов, в том числе это связано с тем, что очень медленно принимаются решения об обновлении вагонного парка. И старые вагоны, хоть формально их и ремонтируют, но всё-таки они забивают пути, создают определённые технологические проблемы. Наверное, есть и другие. Я Вам обещаю, что мы обязательно это пообсуждаем – саму проблему, связанную с перевозкой. Что касается продаж, в том числе на внешнем рынке, как понимаете, это объективный фактор, и на это даже с правительственного российского уровня повлиять практически невозможно. Но сделаем всё для того, чтобы горнякам помочь. Горняки – это особая каста, но не закрытая каста, и люди, конечно, открытые, а каста в том смысле, что это люди с особым характером – я, действительно, там много очень бывал, неоднократно, – заслуживающие всяческого уважения и поддержки. Подумаем, что можно сделать дополнительно в этой ситуации. О предпринимательском климате Во-первых, хочу вам сказать, что мы все всегда чем-то недовольны. И я всегда чем-то недоволен из того, что я сам делаю и что делают мои коллеги. Думаю, что вполне естественно, что и предпринимательское сообщество чем-то остаётся недовольным, потому что хочется всё и сразу. Это вещи долгосрочного, долгоиграющего действия. И резко очень сложно что-то сделать. Можно, но эффект иногда бывает отрицательным. Хотя мне тоже очень хочется, чтобы все эти процессы проходили быстрее, чтобы конкурентоспособность наша росла быстрее, чтобы производительность труда росла быстрее. Я уже говорил, мы в несколько раз, в два-три раза, отстаём от ведущих экономик по производительности труда, а это связано напрямую с производительностью труда. Вместе с тем хочу обратить ваше внимание, что те «карты» по улучшению предпринимательского климата, о которых Вы сказали, сделаны-то самим предпринимательским сообществом, это же не мы придумали, мы только их поддержали. Агентство стратегических инициатив, которое собирало предложения из бизнес-сообщества по этой тематике, их только обобщило и предложило Правительству, а Правительство с этим практически целиком согласилось. Нельзя сказать, что совсем ничего не происходило. Всё-таки происходит, и происходят положительные изменения. Когда я говорил, что считаю работу Правительства удовлетворительной, я имел в виду как раз и эти изменения. И дело не только в рейтингах, что на самом деле важно, но не является принципиальным и важнейшим показателем. Вот этот «Doing Business» – в принципе серьёзный рейтинг, но нам нужно создавать свои собственные. Именно поэтому в 81 субъекте Федерации мы сейчас это будем делать, в том числе и в вашем, с приглашением предпринимательского сообщества из вашего региона, чтобы они на месте прямо смотрели, что нужно. Но, понимаете, ещё важна другая часть – что возможно. Когда люди начинают серьёзно подходить, когда они видят, что, условно говоря, здесь сто лет не было дороги, сказать: «Давайте построим завтра дорогу!» – можно сказать, конечно. У нас, вы знаете, не было, вообще никогда не было дороги, которая связывает Дальний Восток и европейскую часть, не было такой дороги вообще у Российской Федерации никогда. Начали её строить в 1962 году, потом бросили, потом возобновили и опять бросили. Мы взялись и за три-четыре года построили. Также и у Вас, и в любом другом субъекте. Надо всегда сопоставлять то, что нужно, и то, что возможно. И в ходе совместной работы административных структур и бизнеса вырабатываются естественным образом сформулированные требования, исполнимые. Я надеюсь, что так будет и в Вашем случае. О проблемах печатных СМИ Вы знаете, что касается печатных СМИ, то здесь есть проблемы действительно, я согласен. Они связаны не только с развитием электронных СМИ, интернета и так далее. Некоторые мировые издания с вековой и более традицией и историей своей собственной переходят исключительно в электронный формат, вы знаете об этом. Связано это с тем, что люди всё больше и больше именно там черпают информацию. Но Вы правы в том, что у нас есть определённая традиция, и, конечно, хотелось бы её сохранить. В этой связи, и вы тоже об этом должны знать, государство приняло ряд решений, связанных с льготными ставками налогообложения. Это и есть, собственно говоря, поддержка печатных СМИ. Есть и другая проблема очень острая – проблема распространения. Сеть киосков – это тоже бизнес, но бизнес своеобразный. Мы, к сожалению, вообще сократили поддержку государственных СМИ в 2014 году, связано это с бюджетными ограничениями СМИ с государственным участием. И все наши основные каналы, в том числе ВГТРК, как-то к этому отнеслись без восторга, но это вынужденная мера, повторяю, связанная с бюджетными ограничениями. Что касается печатных, то давайте подумаем ещё. Действительно, надо реально подумать и дополнительные меры поддержки изыскать. О ЕГЭ Вы знаете, это и не то, и не другое. Вообще мне кажется, что это не очень хорошая вещь – какие-то «чёрные метки» рассылать. И это не косметика. Если Вы относитесь к критикам ЕГЭ, я думаю, Вы со мной согласитесь в том, что живая работа, творческая работа молодого человека при написании сочинения – это серьёзная вещь, которая призвана обогатить и сам учебный процесс, и абитуриента. Можно ли это сделать в этом году? Мне бы очень хотелось, но я, честно говоря, в технологию доведения этого решения до его окончательной реализации вмешиваться бы не хотел. Надо посмотреть, есть свои определённые требования. Если детей готовили к тому, чтобы они уже в этом году вышли на то, чтобы писать сочинение, это одно дело. А если ещё школьники не готовы, то лучше подготовиться как раз и начать эту работу со следующего года. Это Министерство образования вместе с коллегами в регионах должно решить. Суета здесь совершенно ни к чему. Чего спешить? Но если это можно сделать уже сейчас, было бы лучше, конечно, сейчас сделать. А в целом есть и плюсы, и минусы всё-таки. Минусы очевидные. По поводу того, является ли это социальным лифтом или нет, я не соглашусь с Вами в том, что это совсем не является социальным лифтом, если иметь в виду возможность поступления в ведущие вузы страны абитуриентов из регионов Российской Федерации. Если мы посмотрим на статистику после введения ЕГЭ, количество людей, поступающих в ведущие вузы России из регионов Российской Федерации, существенно возросло. Поэтому всё-таки это является социальным лифтом. Возникает другая проблема – проблема общежитий. Это правда. Но правда также и то (я с Вами здесь тоже согласен), что эта система, безусловно, нуждается в модернизации и в совершенствовании. И, может быть, только одних зачёркиваний, крестиков, ноликов недостаточно для того, чтобы определить полноту знаний. Это первое. И второе – нацелить, самое главное, на получение этих знаний. Будем дальше думать над этим. Социальные нормы потребления Как Вы знаете, Правительство приняло решение о нормах и нормативах только на электричество и только в некоторых регионах в качестве эксперимента. И то, что мы сейчас видим, а Вы совершенно справедливо обратили внимание на некоторые перекосы, это сигнал к тому, что нужно внимательнее подойти к реализации этих решений в будущем, если они будут реализовываться. Нормы должны быть нацелены на совершенствование всех механизмов, на модернизацию отрасли, на энерго- и теплосбережение, но они не должны вести к повышению оплаты. И если это происходит, то тогда региональные власти и соответствующие правительственные структуры должны на это отреагировать. Но хочу ещё раз подчеркнуть то, с чего начал ответ на Ваш вопрос. Пока не принято решение о введении каких-то норм ни по теплу, ни по другим компонентам. Пока это только электричество, и то, для того чтобы оценить, что реально на практике возникает. Это то же самое, как с ростом тарифов на ЖКХ. Вы правы здесь, мне добавить нечего, когда говорим о том, что нужно очень аккуратно к этому подходить и своевременно, на небольшую величину, но своевременно повышать тарифы. Если этого не делается вовремя, то потом начинаются всплески, понимаете? Этого нельзя допустить. Должны быть выработаны методические как минимум указания с правительственного уровня, которые не позволили бы этим перекосам, о которых Вы сейчас упомянули, негативным образом отражаться на материальной стороне жизни наших граждан. Полностью согласен. Посмотрим на это повнимательнее, конечно. О проблеме порта Ванино (Хабаровский край) Есть проблемы, именно поэтому я сосредоточил внимание на развитии Дальнего Востока и Восточной Сибири в последнем Послании. Как вы знаете, у нас существует программа развития Дальнего Востока, там, по-моему, я уже упоминал эту цифру, находится 345 миллиардов денег. И важно, чтобы их эффективно использовали. Что касается закупок. Надеюсь, Вы слышали, что у нас с 1 января следующего года должен вступить в силу новый закон, который регулирует закупки подобного рода, в том числе на государственном уровне. Очень рассчитываю на то, что он будет работать более эффективно, чем прежний известный 94-й закон, когда возможность демпинговать на конкурсах давала право компаниям, неспособным справиться с теми или иными задачами, просто получать заказ, а потом самим торговать этим заказом. Может быть, в данном случае тоже такая же ситуация, я просто деталей не знаю, поэтому мне трудно сказать. Во всяком случае, нам нужно, безусловно, требовать от всех уровней власти, в том числе от муниципального уровня власти, исполнения своих обязательств. Вы говорите, что прокурор требует, чтобы были поставлены новые дизели. А что прокурор должен? Он обязан это делать, он обязан требовать от властей. Да, это новый руководитель. Значит, он должен предпринять все необходимые действия для того, чтобы задачи, решения которых ждет население, были исполнены. Никто не может ссылаться на то, что «до меня что-то было плохо, поэтому плевать я хотел, теперь делать ничего не буду». В известное время я тоже стал главой государства, я не мог сказать: «Знаете, армия развалилась, я ничего делать не буду». Нет, я не имею права так поступать. Т.СЕДЫХ: Не в этом дело. В.ПУТИН: Нет, в этом. Пусть возвращает деньги, пусть идет в суд, пусть найдет тогда, почему они были потрачены не должным образом, пусть найдут этих подрядчиков. Куда они, в воздухе, что ли, растворились? Нет. Пусть ищут. Это их обязанность. Я исхожу из того, что это добросовестные, добропорядочные руководители сегодня. Да, допустим, они в сложном положении находятся, но нужно тем не менее решать эти вопросы. Нужно тогда к губернатору обращаться, сказать: «Без этого оборудования мы зиму пройти не можем, давайте помогайте». Я уверен, что губернатор – там губернатор, кстати говоря, грамотный человек, хороший, как у нас в таких случаях говорят, хозяйственник – понимает реалии происходящих событий. Не думаю, что он отвернется от этой проблемы, и уверен, что он нас услышит и отреагирует. Что касается взаимоотношений между различными правоохранительными органами, я согласен с Вами. Здесь много проблем. Но я же не могу так, с голоса прямо сказать, кто из них прав, кто виноват, представители транспортной милиции, полиции или представители наркоконтроля. Вот так, с голоса ведь невозможно разобраться. Но что я Вам могу точно пообещать – дам указание Министру внутренних дел и руководителю наркоконтроля, чтобы провели внутренние проверки того, что происходит в этих организациях прямо на месте. Это можете не сомневаться. Посмотрим, к чему это приведет, конечно, но то, что обратим на это внимание, это точно. И теперь по существу. Во-первых, что касается этого предприятия, которое занималось заготовкой леса и, как Вы сами сказали, направляло все это за границу. Мы ведь не случайно приняли решение о том, что нам нужно переходить к работе в этой сфере, не просто переходить от того, чем занималась вся страна или в значительной степени занималась эта отрасль, а именно заготовкой «кругляка» и без всякой переработки отправкой его за границу. Ведь это самое простое, что можно сделать. Я думаю, что большинство наших граждан придерживаются другой точки зрения. Нам нужно не просто рубить лес и отправлять за границу, в Китай в данном случае отправляют, а нужно хотя бы на второй передел выйти. Если возникают проблемы, связанные с тем, что построили завод, проинвестировали, а он должным образом работать не будет, то, конечно, это очень острый сигнал. Надо разобраться, почему, в чем проблема того, что люди проинвестировали, вложили деньги как раз в переработку этого «кругляка», а у них возникают экономические проблемы. И я пометил, мы обязательно с ним поразбираемся, прямо сегодня соответствующее ведомство Правительства этим займется. Сегодня уже, еще три часа, успеют начать эту работу. Но то, что нужно от «кругляка» в лесной сфере переходить к производству товаров из этого «кругляка», хотя бы доску напилить, извините, а лучше, конечно, мебель делать или еще какие-то товары – поддоны, европоддоны и так далее, – то это само собой разумеющаяся вещь. На что хотел бы обратить внимание, тоже сегодня об этом еще поговорим с коллегами. Думаю, что Вы очень важную тему затронули, которая касается не только порта Ванино. Что я имею в виду. Пришел новый собственник. «Мечел», кстати, неплохая компания, которая рассчитывает увеличить… Почему они туда вошли? Наверняка потому, что хотят увеличить перевалку своего продукта. В целом это ведь дело хорошее, потому что они специализируются на поставках того же самого угля на внешние рынки, и им нужна перевалка. И то, что они туда пришли, это хорошо, но плохо то, что они не думают о трудоустройстве людей, если высвобождается какая-то рабочая сила. Ведь в чем смысл и региональных, и местных властей, и бизнеса? В том, что нужно, конечно, заниматься модернизацией производства, в данном случае порта, но при этом, безусловно, нужно решать социальные вопросы. Если ясно, что высвобождаются какие-то рабочие руки, нужно заранее было вместе с представителями властей подумать о том, как эти люди будут жить, где они будут работать, получать заработную плату и кормить свои семьи. И если происходит именно то, о чем Вы сказали, то это плохо, это значит, что это слишком прямолинейная работа. Обязательно и с губернатором поговорю, и с представителями отрасли. О Селенгинском ЦКК (Бурятия) Проблемы, как правило, заключаются, прямо скажем, в низкой рентабельности, наверное, этого предприятия и в оборудовании, которое там есть. Я не знаю в деталях, конечно, не то что в деталях, а вообще не знаю об этой проблеме, но узнаю, конечно, обязательно поработаем. И совершенно очевидно, что в зимний период особенно и вообще, в целом никто, ни собственники предприятия, ни местные власти не имеют права бросать людей без соответствующей поддержки. Я сейчас не берусь сказать, какие там решения возможны, но точно совершенно поставлю такую задачу перед Правительством, перед губернатором, чтобы немедленно с этим разбирались. Немедленно. О развитии Курганской области Что касается того, что люди уезжают, как Вы сказали, в северные регионы Тюменской области, то обращаю ваше внимание на то, что там и условия жизни суровые. Все-таки это Север. И жизнь там дороже, поэтому и зарплаты выше. И конечно, люди туда едут, чтобы подзаработать, несмотря на суровые условия пребывания в этих регионах. Но то, что у нас разнятся доходы граждан слишком сильно от региона к региону, это, конечно, неправильно. Для того, чтобы это не было так и для того, чтобы не было хуже, как раз мы и занимаемся выравниванием бюджетной достаточности между регионами Российской Федерации. Как вы знаете, у нас регионов-доноров из 83 всего 10. И значительная часть объемов финансовых средств, которые поступают в федеральный бюджет, затем перераспределяется в пользу остальных субъектов Российской Федерации именно с целью выравнивания их бюджетных возможностей. Но вопрос в том, насколько это выравнивание достаточно для отдельных регионов, в том числе и для Кургана. Это, конечно, вопрос, связанный с политикой самого Министерства финансов. Надо на это еще раз внимательно посмотреть. Хочу обратить ваше внимание также на то, что у руководителя региона сейчас появляется все больше и больше инструментов для развития экономики соответствующего региона. И последнее предложение как раз на это и направлено. Если хотите, чтобы развивалась экономика, пожалуйста, вкладывайте деньги регионального бюджета. Надеюсь, что в ближайшее время будет принято решение Правительства о том, чтобы компенсировать в виде дотаций все вложенное в развитие инфраструктуры соответствующих территорий, вернуть все эти вложенные регионом средства назад в виде межбюджетных региональных трансфертов. Это не единственный механизм, но он тоже, на мой взгляд, может быть достаточно эффективным. А что касается бюджетной сферы, то вы знаете наши решения, принятые еще несколько лет назад по поводу повышения уровня заработной платы в бюджетной сфере. Это касается и медицинских работников, это касается преподавателей школ. Мы дальше будем это делать, будем дальше продолжать эту политику. О мерах по развитию технологических производств То, что сделано, имеет позитивный эффект в том числе и для Вашей территории, на которой нет ни нефти, ни газа, ни других минеральных ресурсов. Все, что происходит в Мордовии, происходит исключительно благодаря хорошей организации и улучшению институтов руководства, это правда. Но я уже сказал об этом, будем создавать эти технопарки дополнительно, будем компенсировать затраты региональных властей на создание инфраструктуры, будем и дальше поддерживать малый и средний бизнес в регионах. Прежде всего это касается, конечно, малого и среднего производственного и социально направленного бизнеса. Льготы, которые предлагаются, изложены. Ну и, разумеется, будем вместе работать (здесь коллега поднимала вопросы с бизнес-сообществом) над улучшением условий бизнеса. Надеюсь, что это даст соответствующий результат. О стиле работы Собственно, не знаю, стиль это не стиль, но, во всяком случае, я считаю, что человек на каком бы уровне управления он ни находился, самое главное, он никогда не должен уклоняться от ответственности за осуществление своих полномочий. Это принципиально самый главный вопрос. Как только первое лицо или государства, или региона, или муниципального образования начинает уклоняться от ответственности, все – пиши пропало, все начинает сразу рассыпаться. И вот это принципиальный вопрос. Первое. Второе. Нельзя принимать волюнтаристских решений никогда, нужно обязательно слушать людей с разными точками зрения на решение того или другого вопроса. Но если, как часто у нас говорят на совещаниях, есть развилки, то нужно иметь смелость брать ответственность за принятие окончательного решения. И еще одно обстоятельство, на которое хотел бы обратить внимание. Люди, которые в силу определенных обстоятельств оказываются на таком высоком уровне, которые облечены доверием своих граждан, никогда не должны отрываться от жизни самого рядового гражданина своей страны. Нужно всегда чувствовать, чем живут люди, с каким проблемами они сталкиваются, и все время думать, днем и ночью о том, как решить эти вопросы, иначе нет смысла работать. О господдержке сельскохозяйственной отрасли (Курганская область) Я уже говорил во вступительном слове, что в этом году сельхозпроизводители внесли существенный вклад в развитие российской экономики и помогли тому небольшому, скромному, но все-таки росту экономики в целом. ВВП страны в значительной степени вырос благодаря успехам работы тех, кто трудится на селе. Цены на хлеб, конечно, формируются рыночным способом, но государство всегда поддерживало сельхозпроизводителей. Я сейчас готов перечислить весь набор этой поддержки. Это связано и с льготными кредитами. Это связано с льготными ставками в агролизинге. Это связано с продлением кредитных и других полученных ранее ресурсов в связи с неблагоприятными природными явлениями, прежде всего для вашего региона – засухами или с наводнениями. И вся эта политика будет продолжаться. Сейчас мы перешли, как вы знаете, к субсидированию на гектар. Можно говорить о том, что много это или мало, наверное, производители скажут, что маловато, надо добавить, но это все инструменты поддержки. То же самое касается влияния и на поддержание определенных цен. Государство ведь изначально формирует, как бы дает определенные индикативы по формированию этой цены. И здесь есть, конечно, определенные ограничители, связанные с тем, что государство может влиять, но не может определять конечную цену. Но, безусловно, Правительство должно следить за этим. Кстати говоря, это касается и поддержки для получения удобрений, для получения ГСМ. Раньше мы немножко по-другому поступали. Немножко «душили», так прямо скажем, производителей топлива, договаривались, так скажем, с ними о том, что они будут продавать, особенно в условиях уборки урожая либо весенне-полевых работ, топливо по более низким ценам. Сейчас в Правительстве несколько по другому пути пошли, как раз речь идет о субсидировании. Но, конечно, нужно очень внимательно следить за тем, что происходит в реальной жизни и реагировать на это. Мы подробно за последнее время не говорили с Правительством на эту тему, но обязательно поговорим, потому что есть некоторые проблемы, связанные, например, с ритмичностью оказания этой поддержки, в том числе с ритмичностью поступления финансовых ресурсов в рамках этой поддержки, и связанные с субсидированием. Обязательно этому будем постоянно уделять необходимое внимание, обязательно. О проекте «Северный широтный ход» с выходом к морскому порту Сабетта (Ямал) Если ничего не делать, она и не изменится к лучшему, эта конъюнктура. Развитие транспортной инфраструктуры – один из безусловных наших приоритетов. Те, кто не хочет этого делать, либо не догоняют чего-то, как у нас в народе говорят иногда в таких случаях, либо просто страх их перед большими проектами парализует. Нам нужны большие крупные проекты, тем более инфраструктурного характера. Государство вкладывает значительные ресурсы на строительство порта Сабетта, главным образом связанные с подходными каналами, ресурсы измеряются миллиардами рублей. И это тот хороший случай, когда государственные ресурсы идут в ногу с вложениями частных компаний. Более того, частные компании даже опережают свои инвестиции по сравнению с государственными. И это очень хороший сигнал к тому, что проект в конечном итоге может быть эффективным. Наверняка, уверен, будет эффективным. Порт Сабетта расположен в таком месте, откуда легко поставлять товар как в Америку, как в Европу, так и в Азию, имею в виду открытие Северного морского пути. Это, безусловно, будет разгружать те транспортные артерии, о которых мы сегодня уже говорили, – БАМ и Транссиб, даст возможность выхода нашему товару на мировые рынки новым маршрутом. Это очень перспективное направление, будем всячески его поддерживать. О перспективах укрупнения регионов Да нет, одно с другим, во-первых, никак не связано. Проблема самодостаточности, экономической самодостаточности, а значит, возможности решать социальные проблемы людей, которые живут на этих территориях, конечно, существует. Ведь у нас просто после развала Советского Союза формально, юридически сложились эти субъекты Федерации, а в советское время в народнохозяйственном плане действовали совсем иначе. Я ведь приводил много раз этот пример, который для меня очень близок. Ленинградский обком партии в себя включал что: и Ленинградскую область, и город Ленинград. Это был единый народнохозяйственный комплекс, потом – раз, Советский Союз распался, формально появилось два субъекта: Ленинградская область и Ленинград, но они связаны между собой тысячью нитей, а, по сути, разделились. А в некоторых местах, допустим, на Камчатке, еще хуже произошло, и люди сами поняли, что это ошибка, нужно объединять территории. В некоторых других территориях это сделали, но это исключительно прерогатива региональных властей и людей, проживающих на этих территориях. Первое. О проблемах с реализацией указов президента Что касается отсутствия ресурсов или недостаточности ресурсов на выполнение майских указов прошлого года. Я уже говорил в Послании, и хочу еще раз это повторить, конечно, реализовывать эти указы, особенно в условиях, когда экономика присела и когда не 5 процентов роста сегодня, а 1,5, реализовывать их так называемым экстенсивным способом невозможно, нужно действовать по-другому. Нужно сокращать неэффективные расходы, нужно структурировать социальную сеть, социальную сферу и экономику, добиваться большей отдачи, и тогда появятся ресурсы для реализации всех наших планов. Вот в этом я нисколько не сомневаюсь. Но действовать по-старинке – это значит действительно вести дело к тому, что либо не будут исполнены те задачи, которые были поставлены в указах, либо требовать дополнительных денег. Но эти деньги часто используются, и до сих пор использовались неэффективно. Может быть, даже и хорошо, у нас есть определенный плюс в том, что экономика «подсела». Это должно заставить и хозяйственных руководителей, и региональных действовать более эффективными, более современными методами. Надеюсь, что это будет сделано. Об этом и говорил в Послании. О деоффшоризации Теперь что касается главного вопроса, связанного с оффшорами. Понимаете, я прекрасно отдаю себе отчет в том, что очень много различных уловок. Мы значительное время уделили деоффшоризации с коллегами на «двадцатке» и на предыдущей «восьмерке». Уверяю вас, я уже об этом говорил, все страны мира, все без исключения поддерживают процесс деоффшоризации, потому что налоги должны уплачиваться там, где зарабатывается прибыль. Вы используете ресурсы страны пребывания от своих основных активов, вы используете льготы, которые предоставляет государство при организации этого производства, вы используете наши трудовые ресурсы, но будьте добры, платите здесь деньги для того, чтобы люди, которые на вас работают, могли получать соответствующую отдачу в виде налогов и последующего их использования на повышение заработных плат, пенсий, денежного содержания военнослужащих, повышения обороноспособности или правоохранительной сферы. А как же иначе? Нельзя зарабатывать деньги и пользоваться всем, а прибыль складировать где-то в другом месте, более благоприятном. Это не значит, что мы не должны создавать более благоприятные условия для развития бизнеса в России. Это правда. У нас есть еще много проблем. Поэтому мы вместе с бизнесом напрямую, в прямом диалоге вырабатываем вот эти «дорожные карты», которые заслуженно, наверное, еще подвергаются критике, но все-таки мы двигаемся в этом направлении и дальше будем так делать. Уловок для ухода от налогообложения много, и мы все их видим. Есть и проблемы, связанные с тем, что некоторые страны не предоставляют пока в полном объеме нам нужной информации. Но именно для этого мы присоединяемся к соответствующим международным соглашениям в этой сфере, именно для этого мы провели у нас первую на территории нашей страны встречу (по-моему, весной или летом этого года) всех налоговых служб мира. Именно для этого мы согласились открывать собственные информационные ресурсы, связанные с налогообложением, для других стран, если они в ответ делают то же самое. Мы и дальше будем самым серьезным образом к этому относиться. У нас подписано много соглашений с прямыми или квазиоффшорными территориями по защите от двойного налогообложения. И если мы увидим, что эти страны уклоняются от передачи нам в рамках наших договоренностей нужной информации, то я задаюсь вопросом: а зачем нам такие соглашения? Мы будем делать соответствующие выводы. Но надеюсь, до этого не дойдет. Я просто уверен, что на межгосударственном уровне мы сможем эти вопросы отрегулировать. И в работе с нашими компаниями постепенно, без всяких рывков, не нанося ущерба экономической деятельности, будем добиваться того, чтобы центры прибыли формировались в России. Главная | О Федерации | Документы | Заявления ФНПР и ФПОО | Мероприятия | Социальное партнерство | Правовая защита | Интернет-приемная | Охрана труда | Отдых и оздоровление детей | Молодежный совет | Профсоюз в лицах | Год профсоюзной информации | Человек славен трудом | Акции | Фотогалерея | Ссылки | 30 лет ФНПР | Коронавирусная инфекция (COVID-19) |
При полном или частичном использовании материалов, опубликованных на страницах сайта, ссылка на источник обязательна.